Title: “Момент истины” для Марий Эл
Author: N

Оригинал этого материала, 17.11.2004, Фото: "AK&M"
Московско-византийская сага
Караулов и Батурина решили оставить Попцова на ТВЦ, а уволен будет Лазуткин
Игорь Карелов
ТВЦ в последнее время явно обошел все другие канала. Естественно, не по рейтингу или доле телесмотрения (впрочем, кто мог предположить такую глупость). Речь о другом - о набирающей все новые обороты борьбе вокруг кресла президента ОАО “ТВ-Центр”. Судя по всему, 70-летний литератор Олег Попцов, заметивший как-то, что отпразднует здесь, на канале, и свое 75-летие, близок к тому, чтобы с помощью довольно неожиданных, надо сказать, союзников вернуть расположение мэра и убрать с ТВЦ “оппозицию”.

Собственно с чего все началось общеизвестно – за почти пять лет попцовского правления ТВЦ окончательно (и, похоже, бесповоротно) скатился на обочину современного ТВ, причем по всем показателям. Доля упала больше чем на треть, деньги, довольно щедро ссужаемые из городского бюджета, стараниями “команды” Попцова, как полагают сведущие люди, на ту же треть разворовывались. Говорят даже, что городскому начальству приходится сдерживать прокуратуру, которая вслед за уголовным делом скрывающегося за границей бывшего гендиректора телеканала “Столица” Дмитрия Паппе, которого обвиняют в хищении нескольких миллионов бюджетных средств, готова открыть аналогичные дела и на ТВЦ.

Терпеть все это стало просто неприлично. И мэр принял решение, хотя и довольно своеобразное: нет, не убрать Попцова жестким росчерком мэрского пера, а “отжать”, подвести его к увольнению. Что и должен был сделать совет директоров канала во главе с Валентином Лазуткиным.

Но не тут было. Академик аппаратной игры Попцов сдаваться не стал. Он решил сыграть с мэром по сути беспроигрышную игру, а джокером в ней неожиданно - для непосвященных - стал Андрей Караулов.

О Караулове написано много разного. Сам он тоже автор нескольких книжек, в том числе нашумевшей “Плохой мальчик” -так, самокритично, о самом себе писал автор. Так, вот, после того, как от его услуг в 1998 году отказалось РТР, а позднее и НТВ, Андрей Викторович остался вне федерального эфира. В телевизионных кругах все знали, что “Момент истины” давно перестал быть рейтинговой телепрограммой, но превратился в “машину для печатания денег”, и не маленьких - от 30 до 60 тыс. у.е. за выпуск – такова была “планка”. Понятно, что ни один другой канал брать его не посчитал возможным. 

Нужно было что-то делать. Тогда с подачи своих кураторов с Лубянки “плохой мальчик” сделал ставку… на жену московского мэра Елену Батурину. С ней он познакомился благодаря главе АФК “Система” Владимиру Евтушенкову. Было это осенью 1999 года. Сначала записали телеинтервью. Затем появилась его “литературная” запись в “Известиях”. Батурина была довольна. Дальше - больше. Цель оправдывает средства, и через какое-то время дружеские отношения между женой московского мэра и Карауловым обрели иное, более возвышенное содержание…

Здесь мы пока остановимся. Напомним только, что буквально через месяц карауловский “Момент истины” появился на ТВЦ. Естественно, по рекомендации “хозяйки” Москвы Елены Батуриной. 

Знал ли Попцов об “особых” отношениях между Карауловым и Батуриной? Конечно, знал (язык-то у “плохого мальчика” без “костей”). Этот “канал” и решено было использовать нынешней осенью.

Караулов взялся “решить вопрос”, конечно, совсем не из любви к Попцову, которого он давно называет “сумашедшеньким”. Уйдет Попцов - Караулов опять останется без эфира. И ни на какой другой канал его не возьмут. И никто не будет официально платить по 23 тыс. у.е. за каждый выпуск “Момента…” Тем более никто не позволит еженедельно “отжимать” с клиентов, желающих засветиться в эфире, по 150 тыс. у.е. Да, да, с каждой программы!

Как развивались события дальше, - понятно. Не особенно шифруясь по телефону и вообще, Караулов с помощью своей “доброй приятельницы” проблему фактически решил. Во всяком случае, так считает сам Караулов. Давайте его процитируем: “Сумашедшенький (читай: Попцов) остается, куда без него. Папа (судя по контексту, - Ю.М. Лужков) сдался, а с...ку Лазуткина уберем после его шестидесятилетия, в январе. Ленка (можно предположить, что речь идет о Е.Н. Батуриной) просто класс!”. Конец цитаты.

Вот такая “московская сага”. Византия, прямо скажем, “отдыхает”. И конца этой “саге” вокруг московского городского канала, вещающего за деньги москвичей в 70 регионах страны, увы, не видно. Жаль!
Рупор катастрофизма и беспросветности
"О Караулове можно сказать: слышит звон, да не знает, о чем он."
Оригинал этого материала
© "Комсомольская правда", 15.12.2004, "Караул! "Момент без истины"
Оказывается, “Момент истины” - наиболее закрытая от контактов с телезрителями передача. В ее титрах - ни контактного телефона, ни адреса. Попытки дозвониться в “Истину” через ТВЦ отсекаются.

Вторая уникальность “Момента” - перенасыщенность фактами. Сюжеты меняются каждые 2 - 3 минуты: от радиации - к скотомогильникам, от развала ПВО - к ЖКХ. Используются одни и те же шаблоны: слова собеседника переходят в монолог ведущего - так вбивается то, что нужно хозяину эфира. А затем звучат трагические аккорды оперных арий. При этом демонстрируется поистине беспардонное отношение к истинности фактов. Возможно, у Андрея Караулова не очень аккуратные помощники, но не должна же так свита играть короля. Неточности, ошибки и просто вранье - буквально в каждой его передаче.

Многим ведущий “запомнился” подачей происшествия с нашим Ил-86, который сел в Дубае с невыпущенными шасси. Причина была сложной - от недоработки нашей авиатехники до недостатков взаимодействия в экипаже. Но Караулов в нескольких передачах торжественно повторял: “Разгильдяй штурман не выпустил шасси!” Все попытки дозвониться до ведущего и сказать, что ни на одном самолете в мире штурман не имеет никакого отношения к выпуску шасси, оказались безуспешными. Кукареканье повторялось...

В передаче от 28.11 с. г. таких “неточностей” полно. Американский экипаж бомбардировщика вовсе не потерял атомную бомбу над Испанией, как утверждает Караулов: все четыре его бомбы (а не одна!) упали на сушу и в море вместе с обломками этого самолета, потерпевшего катастрофу из-за столкновения с авиатанкером. Никакого ядерно-радиационного взрыва, как утверждает “Момент истины”, на нашей подлодке К-431 не было, как не было его и на столь “любимом” ведущим чернобыльском реакторе. Там был парогазовый взрыв. Но такие “мелочи” в методику Караулова не вписываются. Масса неточностей и выдумок и в изложении катастроф 

Ту-160, “Курска”, Тоцкого учения. Не запущенный в производство Ан-70 не имел никаких шансов на это из-за финансовой и межгосударственной ситуации, а не вследствие вредительской позиции руководства ВВС, в чем ведущий не раз обвинял главкома Михайлова. 

О Караулове можно сказать: слышит звон, да не знает, о чем он. И, очевидно, узнавать не хочет - точность и истинность в задачи этого рупора катастрофизма и беспросветности не входят.

Кандидат военных наук, заслуженный авиационный штурман Валентин Дудин
Информационный наезд и информационный подхалимаж. Каждый может позвонить в “Момент истины” и попытаться заказать то или другое
Оригинал этого материала 
© "Огонек", август 2004
Телеперсона non grata тихо нудит на третьей кнопке
Юрий Богомолов
Все политические оракулы ТВ давно отдыхают, набираясь сил для нового сезона. Только Андрей Караулов и его программа “Момент истины” не дает себе передышки. Потому что “Истина” -- понятие круглогодичное. Оттого передача по-прежнему каждое божье воскресенье распугивает тоскливый эфир ТВЦ
А не застрелиться ли?..
Первый порыв после того, как отсмотришь программу: надо бы застрелиться, где тут лежал мой именной револьвер... Шаришь в ящике письменного стола, не находишь (наверное, жена куда-то его спрятала) и задумываешься, немного остыв: а что, собственно, произошло? Что там такое в передаче было?

Много чего было. Мэр города Сочи едва своим распоряжением не отдал сопредельному государству 15 000 гектаров родной российской земли. В кадре мелькает документ, содержание которого разобрать не успеваешь. Но все равно думаешь: “Возмутительно!” Потом думаешь: “А когда это было? Вчера или пять лет назад? А как оправдывается сам мэр? А что говорит губернатор Краснодарского края Ткачев? И если подоплекой является взятка, то почему не возбуждено уголовное дело?”

Эти вопросы задаешь по окончании программы, а по ходу их задавать некогда, потому что ведущий уже показывает другого фигуранта -- капитана Зайцева, который сидит за решеткой за правду. И тут набегают свои вопросы, но Караулов уже беседует с артистом Львом Дуровым о том, как рушится мораль в стране, как тяжко жить ветеранам войны, у которых отнимают последнюю поликлинику и на глазах которых продают Родину... “Если бы они, ветераны, тогда знали...” На фоне ветеранов звучит песня Ножкина: “...Мы так давно, мы так давно не отдыхали... Еще немного, еще чуть-чуть...” В кадре крупным планом суровые лица стариков. Голос за кадром: “Думали ли эти ребята 60 лет назад...” 

“Нет, так жить нельзя! Куда же запропастился этот револьвер?”
Как устроена программа
По-своему, “Момент истины” -- программа внутренне цельная и гармоничная. Она состоит из кирпичиков, слепленных между собой густой патетикой карауловских стонов и восклицаний. 

Возьмем для примера один из его выпусков. От 25 июля сего года. Опускаем заставку, вид самого ведущего на фоне камина, его вступительные слова под тоскливые, душу вынимающие позывные программы. 

Сначала речь о химическом оружии, захороненном и не охраняемом где-то в Поволжье. Звучит фамилия Кириенко. Тут же о взорвавшихся складах на Украине в Мелитополе и страшных последствиях этого бедствия. Встык рассказ генерала Ивашова об артистах, которые у него просили почему-то загнать им ракеты. Пенсионер Чесноков жалуется на качество воды, от которой дохнут даже крысы. Снова Кириенко, который все саботирует. Опять генерал Ивашов, который объясняет, что у чеченских боевиков было новейшее оружие российского и нероссийского производства. Ученый-химик Лев Федоров рассказывает о характерных для России экологических нарушениях и об Иссык-Куле, засоренном цианистым калием. Тут же припоминается город Архангельск, в котором мужик “по обиде” взорвал жилой дом и погибло 58 человек. “Почему это никого не волнует?” -- вопрошает закадровый голос. В кадре даются поочередно портреты Синявского и Солженицына -- тех, кто не мог молчать. Затем свалка по дороге в Домодедовский аэропорт. Там не химическое оружие спрятано, там под нечистотами, возможно, находятся споры сибирской язвы. Снова поминается Кириенко. Появляются Герои Советского Союза, у которых Министерство обороны отнимает парк с поликлиникой. Следом рассказывается о семье Поповых, в которой отец выбросил ребенка из окна и покончил с собой. Ну и о погоде, то есть о ЮКОСе и Невзлине, на котором несмываемая кровь, по данным прокурорского расследования.

Это только темы и мотивы одного часового выпуска программы.

Автор и ведущий Андрей Караулов наталкивает их в один мешок под завязку. Не беда, что передача при этом делается похожей на ту самую свалку, по которой так часто панорамирует видеокамера господина Караулова. Он ведь не до истины докапывается, он контекст формирует. А текст там совсем другой.

Текстом является информационный наезд -- с одной стороны. И информационный подхалимаж -- с другой. Собственно, каждый может позвонить в “Момент истины” и попытаться заказать то или другое.
Историческое отступление 
Начинался “Момент истины” как программа-интервью.

Способный театровед Андрей Викторович Караулов еще при советской власти запомнился пространными и довольно нестандартными беседами с коммунистами и демократами, с теми, кто уходил в тень, и с теми, кто из нее нежданно-негаданно к нам являлся.

Довольно скоро Караулов стал, можно сказать, “цепным псом демократии” и с “генералом Димой” пустился в увлекательную погоню за швейцарскими счетами коммуниста Руцкого. Те разоблачительные передачи со сфабрикованными на компьютерах документами, видимо, и следует считать началом эпохи компроматных войн в эфире. Все разоблачения кончились пшиком, а бренд “Момент истины” остался. Попытка Караулова играть самостоятельную роль на политической сцене не удалась, и он встал в позу человека, оскорбленного историческим ходом жизни. 

Запомнились его передачи по отмыванию Евгения Наздратенко или во славу Александра Лукашенко, фигуры одиозной на постсоветском пространстве. Нечаянное высказывание белорусского батьки о том, что не все было скверно в Третьем рейхе, что были там и какие-то положительные моменты, до сих пор не забыто, а тогда оно стало политическим хитом. Имидж президента вследствие этого казался безнадежно испорченным, но Караулов взялся его подправить. Он нарисовал портрет человека, находящегося на вершине власти, но страшно одинокого и совершенно непонятого.

Чтобы стало понятно, насколько одинокого, видеокамера запечатлела Александра Григорьевича, гоняющего шайбу в пустой хоккейной коробке перед пустыми трибунами и забивающего голы в пустые ворота. Конечно, то была метафора, но очень смешная метафора. Хотя и дорогая сердцу самого Караулова, поскольку, как теперь стало понятно, он в нее вложил нечто свое, личное, пережитое. И то, что еще будет пережито. 

Пережить придется многое. После того как Караулова выкинули с РТР, он обнаружился там, где и должен был обнаружиться, -- на третьей кнопке.
Его ноу-хау -- 25-й кадр
По ходу последних парламентских выборов ему со всей принципиальностью пришлось воевать на два фронта -- против либералов и против коммунистов. То обличал Чубайса с Немцовым, то клеймил Зюганова с Прохановым. Примерно с одинаковой степенью убедительности. 

Но, надо признать, что в компроматном ремесле Караулов сказал свое слово. У него нет харизмы в отличие от Доренко. Потому его наезды лишены публицистической энергии, крутой афористичности, литых формулировок, парадоксальных ходов. Его риторика монотонна, его интонации усыпляющи. Причем, похоже, нарочно. Это его “фишка” -- тихо нудить о замерзающих от холода, об умирающих от рака, о загубленной природе, об оскорбленной справедливости... Единственная экспрессия, которую он себе позволяет как оратор, -- это повторить шокирующую фразу: “Подумайте, погибло 58 человек”. Чуть понизив голос: “Погибло 58 человек”.

Другой его любимый прием: пригласить стороннего человека не для комментария, а для сострадания. Чтобы поморализировать на два голоса. Как это было в выпуске с Львом Дуровым.

Главное же ноу-хау Караулова как информационного киллера состоит в том, что он нередко свою жертву не столько компрометирует непосредственно, сколько ставит ее в ряд с кошмарами и ужасами, случающимися на Руси ежечасно и ежедневно. Потому ему и надо как можно плотнее нашпиговать, как можно больше нашинковать несчастий, катастроф, преступлений -- без разбора, когда и где произошло. А меж ними втискивать фамилию или изображение ВРАГА НАРОДА. Чтобы у телезрителя этот образ сформировался на подсознательном уровне, чтобы он вошел в подкорку, как гвоздь. Как 25-й кадр в рекламном ролике. 

Собственно, так он отстреливал Чубайса, Смелянского, Швыдкого, Кириенко. Теперь он работает с делом ЮКОСа. Уже который выпуск программы-свалки венчает лицо Ходорковского. Доказать господин Караулов ничего не может, но запачкать -- это в его силах и компетенции.

Репутация Караулова так прекрасна, что на его подтасовки и вранье никто давно уже не обращает внимания. Вот “Момент” о даче бывшего министра, но дача скромная, и Караулов просто показывает самую шикарную в поселке. Вот всхлип о даче родителей героя. Но у родителей не только нет дачи, но и, собственно, родителей в полном составе уже давно тоже нет.

Впрочем, все-таки венцом “Момента истины” надо считать образ его ведущего. 
Караулов как монумент Истине
Про себя в одном из интервью он сказал: “Моя профессия, повторяю, -- говорить правду. Мне кажется, что это у меня получается, и я вполне этим удовлетворен”. 

На экране мы видим невзрачного человека средних лет, все познавшего, все понявшего про русскую культуру, современную политику, российскую интеллигенцию и теперь скорбно отпевающего и то, и другое, и третье. Ему горько, тошно, он устал от несовершенства этого худшего из миров, но что поделаешь... Он делает единственное, что в его силах: обнажает язвы современной ему действительности, говорит сердцем и зовет в собеседники тех, кому страшно, больно и нестерпимо, как ему, и кто способен ему сострадать по этому поводу. 

У Достоевского есть такой же взыскующий истины персонаж -- Фома Фомич Опискин. Так у него ежечасно на устах вопрос: “Где нравственность?” 

“Где нравственность?” -- спрашивает Караулов у человечества по поводу Никиты Михалкова, купившего, по его сведениям, сахарный заводик в Симбирске. А оно ему: “Ненаказуемо!”

Он к Георгию Данелия: “Как вы могли взять деньги у Березовского? (Имеется в виду премия “Триумф”.) Где нравственность?” Тот ему: “А в чем проблема?” -- “Деньги-то ворованные”. -- “У кого ворованные?” -- “У народа”. -- “Значит, эту премию мне дал народ”.

Потом он пытал на этот же предмет Михаила Боярского. Еще он говорил с Прохановым “за нравственность” Зюганова и остальных коммунистов, вроде бы получивших от Березовского полмиллиарда долларов (и тоже ворованные у народа) на предвыборную кампанию.

Все как у Опискина: “Я хочу любить человека, а мне не дают человека. Я кричу: дайте мне человека, а мне суют Чубайса, Ходорковского и Кириенко”.
***
Несколько лет назад газета “Завтра” не без ехидства обратила внимание на резкую перемену в образе мыслей господина Караулова. Читаем: “...Во-первых, поразил Караулов, выступавший в новом, “красно-коричневом” обличии. Его вопросы, тональность его высказываний -- прямо со страниц газеты “Завтра”, которую тот же Караулов в свое время всячески стремился опорочить”.

Пожалуй, это и есть момент истины для самого Караулова.